Самое горячее объявление

Мечтал дотянуться до луны

К 70-летию полигона "Капустин Яр"
28/10/2015

Всмотритесь в этот фотоснимок: на фоне стартовой площадки, где едва видна подготовленная к пуску ракета, двое в полигонных куртках и авиационных шлемах. Это Сергей Павлович Королев (справа) и Николай Алексеевич Пилюгин (слева), Главный конструктор ракетно-космических систем управления на полигоне «Капустин Яр» 18 октября 1947 года. 

к 70-летию полигона
Через житейские бури и штормы вместе с шестеркой инженеров-конструкторов, входивших некогда в «Совет главных», шел Николай Алексеевич к заветной цели: научить ракеты летать. 

Еще на заре рождения космонавтики Сергей Павлович Королев говорил: «Ракетная техника — дело не двадцати и даже не пятидесяти человек, это дело всей страны». И все, что создавалось нового в этой области — плоды труда целого коллектива: главного конструктора двигателей, систем управления, комплекса наземного оборудования, космических систем радиоуправления и других бортовых и наземных систем. 

«Конструктору нельзя уподобляться певцу, который зажмурил глаза и сам себе поет, - писал С.П. Королев. — Мы вот бродим целым КБ, ищем, просчитываем...» Раскрывая эту мысль, Сергей Павлович утверждал, что ракетоноситель — это не только двигатели, «это и множество различных систем, сложных узлов и механизмов. Каждая и каждый из них обязаны действовать точно и безотказно. Старт ракеты, ее полет осуществляются при помощи автоматики. Система управления — удивительное достижение человеческого разума, и без нее нет ракеты, нет космического корабля, ракетного комплекса. Одним словом, автоматика и автоматика. А человек — ее творец. На Земле и в космосе он ведет контроль за автоматикой. В конечном счете автоматика — помощник человека в его беспредельной жажде познания тайн космоса». 

Так говорил Сергей Павлович Королев, имея ввиду своего друга и соратника, создателя тех самых ракетно-космических систем управления Николая Алексеевича Пилюгина. 

Он родился 18 мая 1908 года в Красном Селе, недалеко от Москвы, и считал себя коренным москвичом, чем очень гордился. 

Рассказывать о себе не любил. Считал, что в юности у него была трудная жизнь: после 9 класса в 1929 году начал работать слесарем, а затем файнмехаником в ЦАГИ. Старательного молодого человека, с хорошими задатками инженера-конструктора по настоянию А.Н. Туполева направляют в Московское высшее техническое училище им. Баумана. Он закончил его в 1935 году, защитив дипломный проект, объектом которого стал прибор «Жирограф». Вернулся в ЦАГИ, а в 1940 году начал работать в Летно-испытательном институте, в лаборатории спецоборудования. 

Когда началась война, молодой коммунист считал, что его место на фронте, но на рапорт с просьбой направить в действующую армию пришел отказ. Вместе с лабораторией он эвакуировался в глубокий тыл — в Казань, где занимался разработкой и испытаниями новых высокоточных авиационных приборов. 

В 1943 году — учеба в Московском авиационном институте, здесь же защитил диссертацию. Андрей Николаевич Туполев считал, что Пилюгин родился в «рубашке конструктора». Молодому инженеру удавалось находить новые решения в, казалось бы, уже решенных задачах. 

Он любил свою работу. Был отзывчив, доброжелателен, хотя сам порой наталкивался на глухую стену непонимания, а иногда угроз и недоверия. 

- Товарищ Пилюгин? - голос в телефонной трубке звучал чуть слышно, вяло, но злобно. 

Пилюгин узнал Берия. 

- Да, я слушаю Вас. 

- Мне принесли протокол последних испытаний. Ваши приборы стали причиной неудачи. Кто-то хлопочет, чтобы Вам дали орден, а я полагаю, что Вы заслуживаете ордера. 

В трубке хмыкнули. Пилюгин промолчал. Неудачи последнее время возникали сплошь и рядом без его вины. Телеметрия пусков полностью снимала упреки в адрес «управленцев». Алексей Николаевич интуитивно чувствовал, что срывы возможны, и уже представлял, что и как можно сделать, чтобы ракета снова не ушла «за бугор». 

- Мы делаем свое дело честно, - Пилюгин старался быть сдержанным и спокойным. 

- Это надо доказать. Вы поняли насчет ордера? - Берия не скрывал угрозы и, не дождавшись ответа, положил трубку. 

Машина репрессий в послевоенные годы вновь набирала обороты. С жестокостью и упорством сотрудники НКВД брались за подозреваемых и требовали признания. Требовали... и добивались. 

Алексей Николаевич достал папиросу и закурил. Мысли путались. Сердце больно кольнуло... 

Последние годы были так насыщены событиями, так спрессованы в одну большую РАБОТУ без выходных и отпусков, что казались бесконечной чередой стендовых и натурных испытаний, совещаний, технических комиссий и разборок, обсуждений эскизных проектов, долгих и трудных командировок, в том числе и в Германию в 1945 году, где вместе с Сергеем Павловичем Королевым начали готовиться к пуску баллистической ракеты А-4 (ФАУ-2). 

С 1946 года Н.А. Пилюгин работал с С.П. Королевым как один из членов возглавляемого им Совета главных конструкторов. Работал, думал, передумывал, сомневался, искал. Под его руководством разрабатывались системы управления ракет, носителей, космических кораблей, автоматических межпланетных станций. 

Это им, Пилюгиным, создана теория проектирования точных систем управления летательных аппаратов, разработаны методы анализа и синтеза сложных динамических систем. 

По предложению С.П. Королева он в 1946 году стал Главным конструктором автономных систем управления в НИИ-88. 

Это он, Николай Алексеевич Пилюгин, был командиром стартовой команды на первом пуске баллистической ракеты А-4 (ФАУ-2) 18 октября 1947 года на полигоне Капустин Яр. Вместе с С.П. Королевым, Б.Е. Чертоком, Л.А. Воскресенским, Н.Н. Смирницким находились в стороне от стартового стола, за бугорком, в «панцервагене» (так называли бронемашину управления). 

«Нас набилось там, как сельдей в бочке, - вспоминал Л.А. Воскресенский, - ни повернуться, ни продыхнуть. Николай Пилюгин прижат к своим приборам. Для кого-то он — инженер-конструктор со стажем, а для тех, кто в броневичке — рядовой оператор... 

- Готовность минуту... 

- Зажигание... 

- Пуск!.. 

Из «панцервагена» не выходили — выскакивали. Жадно глотали воздух, закуривали, шумно обсуждали результат...» 

Сколько их было! Удачных и неудачных стартов на трудном, тернистом пути первооткрывателей космического пространства. Первые отечественные Р-1, Р-2, мощная «семерка», которая вывела на околоземную орбиту искусственный спутник Земли... Потом проводили на орбиту Лайку, запустили легендарный «Восток» с Юрием Гагариным на борту, были «Восходы» и «Союзы» и — штурм Луны! 

Он о нем мечтал: «До чего же заманчиво дотянуться до Луны, подержать в руках лунный камень, а потом устремиться еще выше...» 

к 70-летию полигона

Комментарии

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
  • Доступные HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <p> <span> <img> <div> <pp_img> <pp_media> <h2> <h3> <h4> <h5> <h6> <br> <blockquote> <table> <tbody> <tr> <th> <td>

Подробнее о форматировании