«Судьба меня не баловала»

19/02/2020

Крупным планом

Герои нашего времени - обычно деловые люди, неординарные личности, которые своим трудом, служением Отечеству, выдающимся открытием заслужили общественное признание, государственные награды. О таких писать, рассказывать несложно: есть точки опоры для повествования. А как рассказать о человеке, о женщине, которая ничего яркого, заметного, отличного от многих-многих ее окружающих не совершила. Она просто жила. Жила той жизнью, которую уготовила ей судьба. Жила вместе со своей семьей, своим селом, своей страной общими бедами и радостями. Жила и живет, шагая долгой дорогой жизни длиною в 90 лет.

В.А. Каперская

«Судьба меня не баловала, - скажет Валентина Александровна, смущенно улыбаясь. - И я никогда ни от кого помощи не ждала. Все - сама. И гвоздь забить могу, что надо по дому, сделаю. В этом находила удовлетворение. Если я работаю, у меня все «горит» в руках».

Аккуратная, собранная, в хорошем настроении и с искорками в глазах, эта женщина не выглядела на столь солидный возраст, еще более удивляли ее поразительная память и хорошее чувство юмора.

Такой предстала передо мной героиня моего очередного повествования Валентина Александровна Каперская.

19 февраля 1930 года в семье тракториста Александра Ивановича и колхозницы Матрены Ивановны Михеевых села Капустин Яр родилась девочка. Первенца назвали Валентиной. Жили тогда Михеевы в доме № 89 по улице Кутузова вместе с родителями.

Росла Валечка в добре и тепле, всеобщей заботе. Сколько себя помнит, все жили дружно, вместе работали, вместе и праздники справляли. Собирались все родственники, стол накрывали сообща, а как красиво и мощно звучал их семейный хор!

Вместе с весенним солнцем работники колхоза переселялись на хутор Шубин, и начинались полевые работы, оживали брошенные на зиму фермы, пастухи вечерами пригоняли коров, пахло парным молоком и свежей зеленью...

Валя очень любила эту летнюю жизнь на хуторе и с нетерпением ждала, когда прозвучит последний звонок в школе и можно будет уехать на степной простор, где все было в радость: и труд на полях, и сенокос, и игры, и купание в реке, и эти незабываемые летние теплые вечера, когда все затихало на хуторе и слышно было, как плещет по воде «играющая» рыба...

Казалось, так будет всегда, и уже ничто не помешает простому человеческому счастью. Но воскресным утром 22 июня 1941 года все рухнуло, померкло, как будто солнце перестало посылать на землю свои яркие лучи, а небо почернело...

Несмотря на воскресный день, страда была в разгаре. В знойном мареве издалека приметили скачущего всадника: «Кто бы это мог быть? Никак что-то случилось?» - недоумевали люди.

Побросав грабли, вилы, тяпки и лопаты, заглушив моторы, люди бежали к прискакавшему работнику сельсовета, дети - следом. За спинами взрослых им едва были слышны слова: «война», «фашисты», «вероломно Германия напала»...

Всадник ускакал. Следом за ним запрягли быков в телегу, и мужики уехали в село. Как будто что-то сломалось в привычной размеренной крестьянской жизни. Валентине было тогда 11 лет 4 месяца и 2 дня. Вместе со сверстниками бегала она на площадь, откуда с плачем провожали отцов, мужей, сыновей на войну. Их увозили на машинах, в телегах. Дети долго бежали за повозками, вытирая слезы, пыль садилась на мокрые лица, оставляя грязные разводы. До Владимировки они, конечно, не добегали. А там всех мобилизованных военкомат отправлял на войну, на запад, откуда враг уже бомбил города и села Родины.

Александра Михеева призвали на фронт только в начале 1943 года, в разгар контрнаступления на Сталинград. До этого трактористу выдали бронь: в колхозе люди работали для фронта и для победы.

Уходил Александр Михеев на смертельную битву за Сталинград, оставляя дома отца с матерью и жену с младшей дочерью Ниной, которой едва исполнился год, и старшей Валентиной. Он прошел с боями через всю Россию-матушку, бил врага за ее пределами и с победой дошел до Берлина. Всего одним легким ранением отметила его война, но грудь украсили орден Славы и медаль «За Победу над Германией». Домой вернулся осенью 1945 года.

К началу войны Валентина, закончив два класса средней школы, перешла в третий. И ей, как и всем сельским девчонкам и мальчишкам, пришлось взвалить на свои детские плечи непосильный крестьянский труд. Это они от темна и до темна, в дождь и снежную пургу работали на колхозных полях, обучившись, водили машины и пахали землю тракторами, управлялись с сеялками и веялками. Наравне со взрослыми переносили все трудности военного лихолетия.

Детская память отпечатала навсегда черной краской страшные четыре года Великой Отечественной войны. Девочка видела горькие слезы женщин, получивших «похоронку», замирала в страхе, когда в небе появлялись вражеские самолеты. Разве забудешь, как осколок разорвавшейся бомбы влетел в дом и выбил угол. В это время все сидели за столом и ужинали. К счастью, никого не задело.

Село бомбили регулярно три раза в день. Однажды сбили наш самолет, и летчик целую неделю жил в доме Михеевых, пока за ним не приехали.

В селе были слышны разрывы снарядов в Сталинграде, а над Волгой поднимались черные клубы дыма: это горели баржи с нефтью. Шли по дороге раненые солдаты и офицеры из Сталинграда на Баскунчак. Крестьяне по пути подвозили их до села, кормили, поили молоком...

Воспоминания разволновали: глаза наполнились слезами, голос задрожал... Справившись с нахлынувшей болью, Валентина Александровна поведала, как трудно пришлось ее семье в голодный 1946-й год. За подобранный на земле колосок или горсть пшеницы тогда карали уголовным наказанием. Но не все могли удержаться от соблазна, когда дома малые дети, которых нечем кормить. Не устояла и мама Вали, Матрена Ивановна: аккуратно собрала горстку пшеницы с дороги и положила в карман...

Последовавшее за этим четырехлетнее поселение матери - горький урок, обида и стыд: люди по-разному относились к их семейной беде. Тогда Михеевы уехали из села и все четыре года прожили в Донбассе. Здесь, в Красном Луче, на шахте 4 БИС трудилась на лесоскладе Матрена Ивановна, там же работал отец, а после 7 класса учетчицей устроилась Валя.

В начале 50-х вернулись в свое село Капустин Яр. Валентина к этому времени стала уже совсем взрослой. Отпраздновали двадцатилетие. Да и село порядком изменилось: встретило их множеством людей в военной форме, незнакомыми деревянными бараками, брезентовыми палатками, где жили солдаты. Офицеры размещались в домах сельчан. Множество машин, техники, военный госпиталь, штаб...

Тогда впервые она услышала, что рядом строится полигон, что уже пускали ракеты, а в селе жил первый начальник полигона Василий Иванович Вознюк. Вечерами молодежь веселилась на танцах, в клубе шли фильмы, сельские девушки знакомились с военными, и в Капьяре часто гуляли свадьбы. Многие уже работали в войсковых частях и главном штабе.

Пошла устраиваться в войсковую часть на работу и Валентина Михеева. Ее согласились взять машинисткой, но надо было месяца три подождать, пока оформят «допуск». На это время она устроилась в сельское отделение Сбербанка.

Дождалась, когда придет «допуск» и отправилась в штаб. Он располагался тогда в бараке, который стоял там, где сейчас находится школа № 232. В отделе кадров приняли и направили машинисткой в машбюро Первого отдела (все называли его «секреткой»). Здесь Валентина Александровна проработала десять лет. Через ее руки, руки машинистки, прошло множество «совершенно секретной» документации. В штабе она видела многих знаменитых, выдающихся людей, создателей нового ракетного вооружения, в том числе С.П. Королева и его соратников.

Город рос прямо на глазах: там, где была степь, выстроились в улицы новые дома, уже не стало на конвертах адреса «Москва-400», письма шли в город Капустин Яр-1. Красивым, уютным и зеленым городком гордились и его жители, и вновь прибывающие. И Валентина Михеева стала уже Валентиной Александровной Каперской.

Ее будущий муж, рядовой Василий Каперский, служил срочную в фельдъегерской службе. Его Валентина приметила сразу, только виду не подавала. Строг и скрытен был молодой солдат: стройный, статный парень, по которому сохло не одно девичье сердце. Но выбрал он ее, эту шуструю сероглазую, с копной волос и аккуратной фигуркой Валечку...

Чувства свои берег и, не сказав ни слова, демобилизовавшись, уехал домой. Валя очень удивилась, когда зимним утром увидела его на пороге своего дома. Вернулся парень. Ради нее призвался на сверхсрочную службу и попросил руки у родителей. Их зарегистрировали в ЗАГСе: женщина что-то долго писала в книге, а потом подала им и попросила расписаться. Из подвала по ступенькам они вышли на улицу уже мужем и женой. И так, рука в руке, они прошли по жизни целых 60 лет (Василия Федоровича Каперского не стало в 2009 году). В 1956 году у них родился сын.

Занимая скромную должность машинистки, Валентина Александровна волею судеб стала свидетелем формирования первой городской власти, непосредственно приложив к этому руки, в полном смысле слова. Ее откомандировали в распоряжение 124-го управления, где она печатала первые документы: штатное расписание работников горисполкома и его отделов.

«Командировка» затянулась на долгие 10 лет. Начальник вновь созданного отдела внутренних дел Николай Николаевич Рачков предложил ей должность секретаря-машинистки.

Городской отдел ОВД располагался на первом этаже в самом конце правого крыла здания, где и сейчас находится старая администрация. Все поместились в одном маленьком кабинете: начальник, кадровик и машинистка. В коридоре у двери поставили стол. На нем - телефон, за столом - дежурная часть.

Правда, вскоре «милицию» переселили в барак на улицу Ниловского, где уже у всех были отдельные кабинеты и даже ленкомната. А рядом, в таком же бараке, разместились сотрудники Государственной автоинспекции. Ее начальник, приглядевшись к Валентине Александровне, решил переманить ее к себе: устраивало в ней то, что, кроме машинистки, в ней «мирно уживались» паспортистка, секретарь и хороший помощник-организатор.

Но она долго упиралась, боялась не справиться, и все-таки Исай Семенович Марсаров, начальник ГАИ, ее переманил. Сломил-таки. Ушла Валентина Александровна на новое место работы паспортистом ГАИ, и целых 28 лет было отдано этому учреждению. Оставалась еще полтора десятка лет на этой должности даже тогда, когда уже вышла на пенсию по возрасту.

На заслуженный отдых сослуживцы проводили «маму Валю» в 1998 году. И вот, спустя более двадцати лет, вспоминая прожитое и пережитое, Валентина Александровна, волнуясь, словно подводя черту и глядя в глаза, тихо проговорила: «Сказать, что всю свою жизнь я цвела и пахла, наверное, несправедливо. Но я прожила очень счастливую жизнь: жила, работала для людей и в ответ получала почет и уважение. У меня столько благодарностей и добрых пожеланий, что до сих пор все это греет мое сердце. Я ничего героического за долгие годы не совершила. Но старалась данную мне Богом жизнь прожить так, чтобы, как говорил Павка Корчагин, не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. Я так жила, во всяком случае, старалась, и еще не опускаю рук. Живу и радуюсь каждому новому дню».

Комментарии

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
  • Доступные HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <p> <span> <img> <div> <pp_img> <pp_media> <h2> <h3> <h4> <h5> <h6> <br> <blockquote> <table> <tbody> <tr> <th> <td>

Подробнее о форматировании